Крылья, ноги... главное - хвост! [Книга третья] - Александра Лосева

- Она… может… Сильная…

- Ну, раз никто не в состоянии помочь нашей трухлявой колоде, предлагаю соорудить носилки, водрузить на них Стива и уйти как можно дальше от этой треклятой поляны! – энергично заявила полуэльфка и принялась с независимым видом собирать вещи.

- Иефа… - тихо произнес проводник.

- Да?

- Иефа, ты же слышала ее.

- Слышала кого? Ветер листьями шелестел – да, слышала. И что?

- Иефа, я никогда ни о чем тебя не просил…

- Вот и не начинай. Я не хочу, чтобы ты потом меня за это ненавидел. А ведь ты будешь, потому что если ты меня попросишь, Ааронн, я скажу – нет. Нет, Ааронн. Меня гораздо больше волнует Стив. Знаешь, это такой дварф с топором, который то ли уже помер, то ли помрет совсем скоро, а его почему-то никто не спасает.

- Иефа, пожалуйста.

- Ааронн, у меня нет сил! Я не хочу умирать от истощения ради незнакомой дриады, которая уничтожила нашу и без того не очень-то крепкую партию! Которая сделала из тебя черт знает кого, которая убила Зверя, которая пыталась убить меня, которая заставила нас издеваться над Стивом, которая… Она все испортила одним своим появлением! Да, я циничная сволочь, да, я ее терпеть не могу, но дело не в этом! У меня просто нет сил! Никаких! Меня саму нужно лечить! Что…

- Тихо! – эльф нетерпеливо махнул рукой, требуя тишины.

- Очень много силы… очень много…

- Это бред! – гневно фыркнула полуэльфка, подошла к дриаде и впервые посмотрела ей прямо в глаза. – Это бред, слышишь? Во мне не осталось ни капли!

Дриада слабо улыбнулась и качнула головой, попыталась взять барда за руку, но не смогла. Ааронн низко склонился над хозяйкой леса, боясь пропустить хоть слово, Зулин, заинтересовавшись, подсел поближе и прислушался.

- Очень много силы… - повторила дриада. – Замкнутая… Нерастраченная… Неуправляемая… С девственностью… всегда так…

Маг и проводник дружно подняли головы и с крайним изумлением уставились на полуэльфку. Иефа мгновенно покраснела до корней волос, острые уши стали малиновыми, а глаза – почти белыми от ярости.

- Иефа, - очень осторожно подал голос Зулин. – Ты что, правда?..

- Какая сенсация! – прошипела полуэльфка и одарила мага испепеляющим взглядом. – Просто не представляю, как вы жили, не зная об этом!

- Ты… Ты не расстраивайся так… - пробормотал эльф, отводя взгляд.

- А чего мне расстраиваться! – сдавленно прорычала Иефа. – Я ведь всю жизнь для тебя, драгоценного, береглась!

- Я ляпнул глупость, прости.

- Возьми… камень… - прошептала дриада.

- Я не хочу! Не хочу и не буду!

- Иефа, пожалуйста!

- Назовите мне хоть одну причину, по которой я должна ей помогать! – отчеканила полуэльфка.

- Дварф… проклят. Я смогу…

- Ты сможешь снять со Стива проклятие?! – встрепенулся Зулин.

- Да.

- Дай сюда! – Иефа грубо вырвала рубин из рук эльфа. – Что я должна делать?

- Просто держи камень и не отходи от нее далеко.

- Поняла, - кивнула Иефа. – Держать камень и не отходить от дубины.

- Меня зовут… Этна.

- Просто всю жизнь мечтала стать источником для обморочной колоды.

- Ее зовут Этна, - мрачно произнес эльф.

- А мне до задницы, как ее зовут, - равнодушно ответила Иефа. – Долго я должна буду так сидеть?

Эльф неодобрительно покачал головой, отошел и снова занялся Стивом.

- Эй, я что, с пустотой разговариваю?! – Иефа старательно избегала настойчивого зеленого взгляда дриады. – Я спросила – долго ли мне сидеть рядом с ней?

Ааронн демонстративно повернулся к барду спиной. Немного повременив, к нему присоединился маг, подхватив на руки печального фамильяра. «Ну да, ребра, - вспомнила полуэльфка, и ей стало стыдно. – Одна ломает, другой лечит. Трогательное единение!»

- Ты зря притворяешься, - тихо сказала дриада.

- Что? – Иефа умело изобразила на лице презрение. – Это ты мне говоришь?

- Мне становится лучше.

- Безмерно счастлива за тебя. Просто в экстазе.

- Если ты возьмешь меня за руку, будет быстрее.

Иефа скривила страшную рожу, но послушалась.

- Странно, что тебе становится лучше. Я ничего не чувствую. Никакой слабости, кроме той, которая уже была. Ты ошиблась, я не гожусь быть источником.

- Посмотри на нее.

- На кого? – Иефа обернулась и увидела Вилку, незаметно подобравшегося и уютно свернувшегося у дриады в ногах. Полуэльфка ощутила легкий укол ревности.

- Это мой совомедведь. К счастью, его тебе убить не удалось. Иначе я не сидела бы рядом с тобой даже ради спасения Стива.

- Как ее зовут?

- Не ее – его. Вилка. Кстати, – ты не заметила? – я тебя терпеть не могу. Разве нельзя воздержаться от разговоров?

- Можно, но тогда тебе придется просидеть возле меня сутки. Я налаживаю и укрепляю связь. Если мы будем говорить о чем-нибудь близком и приятном тебе, сильнее будет взаимодействие, а значит, восстановление, достаточное для проведения ритуала, произойдет быстрее. Так вот, мне кажется забавной твоя искренняя уверенность в том, что ты дала ей правильное имя. Это самка.

- Не говори глупостей! С чего ты взяла?!

- А с чего ты взяла, что это самец? – дриада тихонько улыбнулась и вдруг забурчала точно так же, как обычно бурчал (бурчала?) Вилка, устраиваясь под боком у хозяйки на ночлег. Совомедведь поставил круглые ушки торчком и несколько раз удивленно моргнул. – Посмотри на форму клюва. Цвет глаз. Узор на загривке – у самцов он ярче и разнообразней. Видишь ли, бестии подчиняются тем же законам природы, что и обычные животные. Самочки в большинстве своем невзрачны, у самцов – яркое оперение или пятна на шкурке. Она некрупная, неяркая, не такая массивная, как можно было бы ожидать, перья переходят в шерсть только на загривке… Мне не нужно разглядывать ее половые органы, чтобы сказать, что она самка. Поверь мне, она – это она.

- У его мамаши перья доходили почти до поясницы, - упрямо набычилась Иефа. – И были такими яркими, что рябило в глазах. И ростом она была… ого-го! Поэтому хватит заговаривать мне зубы!

- Значит, это была не мамаша, а папаша.

- В таком случае, почему Вилка был совершенно один, когда я нашла его в лесу?

- Так бывает, - просто сказала дриада и внимательно посмотрела на полуэльфку. – Иногда матери бросают детей без всяких объяснений.

- Да, так бывает, - глухо проговорила Иефа и покачнулась. – Значит, ты – она снова повернулась к совомедведю – барышня у меня, да? Предательница…

Вилка застенчиво мигнула и спрятала клюв в лапокрыльях. Иефу повело. Она попыталась крепче сжать камень, выскальзывающий из слабеющих пальцев, и сквозь нарастающий шум в ушах услышала тихий голос дриады, а потом почувствовала, как кто-то обнял ее за плечи, не давая упасть. Перед лицом замаячил знакомый пузырек, Иефа вдохнула, резкий запах вышиб слезу, ураганом пронесся по носоглотке, метнулся в мозг. В голове слегка просветлело.